
| Артиллерийская спецшкола №11(?) (1) |
| Поиск родного дома моего деда (12) |
| Поиск улицы Тургеньевская (3) |
| Снос (4) |
| Строительство театра Горького. Восток площади (3) |
| Строящийся театр Горького вид с востока? (2) |
| Строящийся театр Горького вид с юго-востока (0) |
| Ростовский Горсад. Записки путешественника (1) |
| Набережная. Сердечный привет. (3) |
| Набережная. Сердечный привет. Подписано (2) |
| Еще один кирпич с клеймом (1) |
| Кирпич с клеймом "М" (3) |
| Статьи » История Донского края » Люди, известные и не очень. |
| 9 февраля на командный пункт принесли тяжело раненного командира 4-го батальона Г. Деревянченко. Мадоян приказал ординарцу комбата Еналиеву взять с собой 4-х бойцов и попытаться пробиться с раненным в Батайск. А бойцы 4-го батальона перешли в подчинение Мадояну. Вместе они занимали восточную окраину вокзального района. На привокзальной площади снова появились танки и немецкие автоматчики. Дали залп, танки дали задний ход, один из них задымил, автоматчики залегли в снегу, по ним застрочили наши пулеметы. Атака отбита. Новая атака. Убило ординарца командира роты красноармейца Шитикова. Он вел огонь из ПТР по танку противника. Тогда ефрейтор Клочко попросил разрешения подняться на второй этаж, оттуда сподручнее вести огонь по залегшим немцам. Младший лейтенант Грибиниченко разрешил подняться двоим. Бойцы разместились на площадке между этажами и стали вести прицельный огонь. Атаки следовали одна за другой, но натыкались на сокрушительные удары. Неся потери, немцы отходили назад. В это время 4-й батальон продолжал отражать атаки на своем участке обороны. Вокруг свистели пули и выли осколки. Толстые стены вокзальных зданий не выдерживали яростного огня и рушились. Расчеты ПТР вели огонь из окон второго этажа, но приходилось постоянно менять позиции, чтобы не попасть под прицельный огонь танков. Но все же избежать этого не удалось – прямое попадание в оконный проем и погибли последние два расчета. После этого фашистские танки стали подходить к зданиям совсем близко. Один из низ приблизился к развалинам почти вплотную. Раненный лейтенант Тимохин и еще два сержанта-бронебойщика подобрались к танку. Прогремел тройной взрыв, машина остановилась. Фашисты тут же обрушили весь огонь по смельчакам. Отважные бронебойщики погибли под развалинами. Сильно осложнилось и положение подразделений 2-го и 4-го батальонов, которые сражались в первых кварталах улицы Энгельса, и потеряв несколько человек, вынуждены были отойти вглубь Доломановского переулка. Здесь в угловом здании они решили организовать круговую оборону. Но фашисты быстро обнаружили новое место обороны и опять разгорелся бой. Но удобные позиции, занятые нашими отделениями, не приносили немцам успеха. Теряя убитых и раненых, фашисты обращались в бегство. Тогда они подожгли соседние дома, стараясь «выкурить» наших бойцов наружу. Окруженная врагами и пожарами в узком переулке, доломановская группа понесла большие потери, в живых осталось около 40 человек. Голод и бессонница подавлялись чувством опасности, а вот отсутствие патронов стало катострофическим. Ворвавшись в город с однодневным запасом боеприпасов, наши подразделения давно уже его исчерпали и перешли на боеприпасы, отбитые у врага, но и те подходили к концу. И тогда было принято решение – с боем пробиваться из окружения. Это удалось сделать. На рассвете 10 февраля группа, в которой были и раненные еще в Ростове, перебралась по льду через Дон. Кстати сказать, многим тогда удалось вырваться. В общей сложности за 10-11 февраля из окружения вышли около 500 человек. К тому времени у обороняющих вокзал батальонов боеприпасы тоже подходили к концу. На вооружении оставались автоматы, пистолеты и небольшое количество ручных гранат. Было еще трофейное оружие, но и к нему боеприпасов было очень мало. Приходилось в развалинах искать патроны, подбирать неразорвавшиеся гранаты. Ночью с риском для жизни из подбитого танка вытащили все патроны и гранаты, сняли даже танковый пулемет. К концу 10 февраля командир 1-го батальона майор Дябло снова был ранен большим осколком в грудь, и на рассвете следующего дня он скончался. Командование батальоном взял на себя заместитель комбата Крюков Александр Иванович. Он вместе с бойцами бросался в контратаки. Врага отражали чем могли — огнем, штыком, лопатой. Стволы пулеметов краснели и плавились от беспрерывного огня по врагу. Огнем руководил командир пулеметной роты лейтенант Константин Иванович Снарский. Он и его заместитель старший лейтенант Томашевский всегда были в гуще бойцов, показывая личный пример отваги. Теснимые врагом бойцы 1-го батальона перебрались на главный вокзал, где сражались подразделения других батальонов. Бойцы и командиры влились в 3-й батальон. Так образовался сводный отряд под командованием Мадояна. К этому времени главный вокзал стал центром сражения. У роты ПТР запас патронов тоже подходил к концу. Ефрейтор Клочко в минуты затишья в качестве связного пробрался на позиции, где находился Мадоян, чтобы доложить обстановку, а заодно попросить патронов, но и там их не было. Огонь птэровцы уже давно вели одиночными выстрелами, а потом решили собрать все патроны и поделить, но их оказалось так мало, что не хватило даже по одному на человека. Тогда прозвучал твердый голос лейтенанта Пектурно: - Всем вооружиться винтовками. Примкнуть штыки. Будем отражать атаку штыком и прикладом. Ночью Мадоян отправил роту автоматчиков под командованием капитана Ипкаева в литейный цех завода, чтобы на нее можно было опереться, если противник начнет теснить. Ипкаев Наум Шигабединович, капитан, заместитель командира батальона автоматчиков по политчасти Атаки шли все чаще и чаще. Мадоян время от времени обходил посты, подбадривая бойцов. Вокзал к этому времени окружили немецкие танки. У защитников стали заканчиваться боеприпасы, питание, не было воды. Чтобы пополнить запас, врага стали подпускать поближе и бить наверняка, а потом собирать оружие убитых фашистов. Ночью капитан Шунденко по приказу Мадояна собрал штурмовую группу и организовал смелую вылазку. Добровольцы бесшумно сняли эсэсовцев и захватили трофеи: 18 автоматов и 4 ящика с патронами. Подобные штурмовые группы действовали под командой капитана Ипкаева, лейтенантов Волкова и Лупандина, старшего лейтенант Политикина. Волков Николай Васильевич, лейтенант, командир роты отдельного батальона автоматчиков Политикин Григорий Васильевич, старший лейтенант, секретарь партийной организации 3-батальона В этих схватках отличились сержанты Чернов, Шварчук Владимир Иванович, бойцы Клюев, Бочкин Василий Тихонович, Бузаев (Бугаев). Подвиги смельчаков отмечались в листовках-летучках «В боях за Родину», в выпуске которых участвовали политработники Каныгин, Гусельников, Крюков. Вот, например, текст одной из листовок: «Тов. Бочкин, упорно обороняясь, убил 5 немцев и 3 ранил. Тов. Сладков под ураганным огнем противника сделал разведку в два дома и убил 4 немца». Так же рассказывалось о подвигах красноармейцев Бузаева, Жеребилова и других бойцов. Их читали с большим вниманием. За период боев на ростовском вокзале было выпущено около 30 листовок-летучек. 11 февраля фашисты обстреляли вокзал зажигательными снарядами и вскоре весь вокзальный район превратился в море огня. Один немецкий танк въехал на железнодорожные пути, да так там и остался — его подбили пэтээровцы. Подбили последним патроном. Затем в атаку пошли фашистские автоматчики. Наши бросились в рукопашную. Первым увлек бойцов своего отделения сержант Бостырев Иван Данилович. Он заколол штыком двух фашистов. Фашисты стали усиленно бомбить вокзал с воздуха. Весь район заволокло дымом, гарью и пылью. Бомбежки перемежались с атаками. Боеприпасов и питания осталось совсем мало. Было принято решение перебраться в литейный цех завода и там занять оборону. Группа Мадояна была отрезана от завода стеной огня. В метрах 50-70 стояли танки и единственный доступный проход в цех – через горящий склад с углем. Мадоян приказал в лужах от расстаявшего снега намочить валенки, чтобы можно было пройти через огонь. Прикрывать отход остался лейтенант Макаров Александр Иванович, командир роты отдельного батальона автоматчиков, он должен был оставаться на своем посту до тех пор, пока не уйдет с вокзала последний солдат. Задыхаясь от жары, надо было пройти метров 15-20. Сзади несли раненых, их много, человек 40. На преодоление этих 20 метров понадобилось три часа. Огонь пройден, вышли на железную дорогу, до цели остались считаные метры, а за спиной, из горящего здания вокзала бьет станковый пулемет лейтенанта Николая Шилова. Шилов Николай Васильевич, лейтенант кмандир пулеметной роты 3-го батальона Из танков заметили прорвавшуюся группу, открыли огонь. Потеряли семь человек, одна из пуль сразила лейтенанта Макарова. Замыкающими шли птэровцы ефрейтор Клочко, красноармейцы Сентилев и Горячев. Едва они приготовились к перебежкам, как услышали приближающийся к ним танк. У Горячева в руках была противопехотная граната, он решительно шагнул вперед, прогремел взрыв. Воспользовавшись замешательством немцев, бойцы бросились через железную дорогу и вскоре оказались в мастерских. На прежних позициях были вынуждены оставить десять тяжело раненных. Потом стало известно, что ворвавшиеся туда фашисты их сожгли. Остатки подразделений 1-го, 2-го и 4-го батальонов, не более 50 человек, под прикрытием пулеметного огня с завода, группами одна за другой тоже перебежали в заводские цеха. Ст.лейтенант Юнков, сгруппировав вокруг себя бойцов 1-го батальона, занял оборону в одном из цехов. Юнков Владимир Павлович, старший лейтенант, командир роты ПТР 1-го батальона К Юнкову присоединились бойцы пулеметной роты лейтенанта Снарского, несколько минометчиков под командованием младшего лейтенанта Ивана Владимировича Макухи и заместителя командира 3-й роты лейтенанта Ивана Сергеевича Кашина. В бетонном здании цеха не было крыши, темно и холодно. Многие бойцы, почувствовав некоторое облегчение свалились с ног и тут же уснули. Еды и воды совсем не осталось, даже раненных нечем накормить и напоить. Перед обороняющимися стояла единственная задача – не допустить пехоту врага, танки не пройдут, для них много преград, но и для отражения вражеской пехоты не было боеприпасов. Мадоян приказал капитану Ипкаеву подобрать 20 лучших солдат-автоматчиков, пробраться в соседний квартал, где разместились немецкие автоматчики, уничтожить их и забрать боеприпасы, воду и пищу. Им это удалось. Хоть они и потеряли своих людей, но им удалось захватить 50 автоматов и более двух тысяч патронов, накормить раненых. Захваченных трофеев, конечно, было мало для отряда. Мадояновцы сразу же заняли круговую оборону. Немцы быстро вычислили расположение наших воинов и перенесли огонь из пушек и крупнокалиберных пулеметов на цех. Автоматчики и пулеметчики подобрались к самому зданию, но огонь наших автоматов и винтовок заставил противника откатиться назад. Трудно даже представить себе, о чем думал Гукас Мадоян. Тревогу нельзя показывать, за ним стоят люди. Непонятно, что делать, связь со своими потеряна совсем. Что там происходит, где наши? Мадоян приказал своему заместителю Волкову взять роту и попытаться прорваться сквозь окружение «Не может быть, чтобы рота не могла пройти!» И, как выяснилось позже, рота прошла, почти вся. В штабе, оказывается, считали, что батальоны погибли, но все же пытались наладить связь, хоть и безуспешно. А положение ухудшалось с каждым часом. Посовещавшись с командирами, Мадоян принял решение прорваться всем отрядом в сторону станции Ростов-Берег, где, судя по ожесточенной стрельбе, сражались наши части. Ночь прошла в напряжении, никто не спал. По воспоминаниям участника этих событий Кравченко Павла Дмитриевича на прорыв пошли все, кто мог идти – раненые, контуженые. Кто идти не мог – остались в стенах завода. Они попросили оставить им сколько возможно боеприпасов, чтобы прикрывать уходящих. Тех, кто не мог даже стрелять, постарались спрятать. Утром затемно колонной двинулись на прорыв, было их около двухсот человек. Отряд вскоре обнаружили немцы и на них обрушился град пуль. Идущие на прорыв распались на несколько групп. Из окружения в тот день удалось выйти не всем. Часть бойцов во главе с Мадояном уклонились влево в сторону Темернички и вскоре оказались в Ленинском районе города. Через какое-то время мадояновцы перебрались на территорию хлебозавода №1 и там заняли оборону оставшимися силами. Около 20 человек, под командованием помощника начальника штаба 4-го батальона Головко Д. Е. и командира пулеметной роты 4-го батальона Цыганкова почти дошли до Дона, но не смогли пробиться сквозь вражеский заслон. Несколько человек были убиты, среди них и Цыганков. Оставшиеся скрылись в залитом водой подвале. Наступил рассвет, при свете дня идти было рискованно. Они вышли наружу только когда снова стемнело, долго ходили среди развалин, обходя то тут, то там встречающиеся группы немцев. Безоружным нечего было даже пробовать снова идти на прорыв. Тогда решили устроить засаду, чтобы достать автоматы и продолжить сражаться. Но в засаду так никто и не попал – немцам было не до хождения по улицам, они быстро паковали вещи, грузили ящики. Начало рассветать. Это было утро 14 февраля 1943 года. Еще одна группа, которой командовал капитан Ипкаев в неравном бою с немцами почти вся погибла. Тяжело раненного Ипкаева спас автоматчик Шалда. Он спрятал командира и охранял его от захвата в плен до подхода наших войск. Шалда Григорий Архипович, автоматчик, связной отдельного автоматного батальона Группе Мадояна удалось через гражданское население связаться с подпольщиками. Появилась вода, еда и немного патронов. Вместе с появившимися помощниками ходили в разведку. 14 февраля бойцы услышали стрельбу на берегу Дона, по звуку определили наши станковые пулеметы. Утром в Ростов прорвались наши войска и бойцы вышли на улицу. Вот что рассказывал Г. Мадоян: «Теперь, когда вышли из подвала на чистый воздух, я почувствовал небывалую слабость. Кружилась голова. Это же ощущали бойцы. Вид у меня был неприглядный. Выросла большая борода, лицо в саже, черное… Навстречу ехал командующий армией генерал-лейтенант В. Ф. Герасименко. Вот он вышел из машины. - Товарищ командующий, - приложил я руку к виску для доклада. Генерал перебил: - Кто вы такой? -Мадоян. Генерал обнял меня и трижды поцеловал. - Поздравляю, - сказал он, - Вы замечательно сражались». Продолжение следует… *** Электронный ресурсы и литература: https://pamyat-naroda.ru https://goskatalog.ru https://pastvu.com/ps?f=r!286 https://riamediabank.ru https://archivogram.top/?ysclid=mlz4oh6dd56983616 https://www.moypolk.ru https://mius-front.livejournal.com/8161.html https://aif.ru/society/people/rostovskaya_krepost_neizvestnyy_podvig_sovetskih_soldat?ysclid=mlz1r5r6bk737259604 https://mkusgk.ru/voinskie-zaxoroneniya/bratskoe-kladbishhe/glavnyij-memorialnyij-kompleks.html - В боях за Дон. Сборник воспоминаний участников Великой Отечественной войны. Составитель Рышков Ф. В. Ростовское книжное издательство, 1968 - Мы из 159-й. Сборник. Волгоград, Ниж.-Волж. кн. изд-во, 1977 - Беляков П. А. В прицеле «Бурый медведь». Воспоминания фронтовика-снайпера. Ростов н/Д: Кн. изд-во, 1987 - Пламя юных сердец. Сборник. Волгоград, Ниж.-Волж. кн. изд-во, 1985 * Сердечно благодарю за помощь в подборке материалов сотрудников Городского музея истории города Батайска и Зерноградского историко-краеведческого музея | |
| Категория: Люди, известные и не очень. | Добавил: Selena (24.02.2026) | Автор: Елена Студеникина | |
| Просмотров: 76 | Нравится: 3 | Комментарии: 2 | Теги: | |