Приветствую Вас Гость!
У природы нет плохой погоды
Каталог статей
Новые события
| Артиллерийская спецшкола №11(?) (1) |
vinokurovavk
25.12.2025| Поиск родного дома моего деда (12) |
vinokurovavk
20.12.2025| Поиск улицы Тургеньевская (3) |
alen4
17.12.2025| Снос (4) |
Helen
14.12.2025Новые добавления в фотоальбом
| Диалоги о насущном. (0) |
Alex272
20.03.2026| Строительство театра Горького. Восток площади (3) |
voloshkinsergei
30.07.2025| Строящийся театр Горького вид с востока? (2) |
voloshkinsergei
30.07.2025| Строящийся театр Горького вид с юго-востока (0) |
voloshkinsergei
30.07.2025| Ростовский Горсад. Записки путешественника (1) |
Alex272
15.07.2025| Набережная. Сердечный привет. (3) |
иванов
11.07.2025| Набережная. Сердечный привет. Подписано (2) |
иванов
11.07.2025| Еще один кирпич с клеймом (1) |
Selena
28.03.2025Статистика
Онлайн всего: 1
Гостей: 1
Пользователей: 0
Форма входа
Поиск
Картинная галерея
Записная книжка
Последние комментарии (статьи, фото, события)
Не возражаю, но основной материал этой статьи собран был не мной, а ме
Alex272
19.05.2026
Спасибо. Просто Вы сказали
"Любопытно, но если имена Ще
"Любопытно, но если имена Ще
pashicha
19.05.2026
Добрый вечер, уважаемый(-ая?) pashicha. Я по тексту материала отметил,
Alex272
18.05.2026
Скажите пожалуйста, как звали Щепкина и Суркова по имени отчеству?
pashicha
18.05.2026
Заглядывайте! И не только это увидите)).
Alex272
12.05.2026
Очень познавательно, спасибо!
dimsonlab
30.04.2026
Спасибо и всем Вам за комментарии. В очередной раз вижу, что не зря су
Alex272
25.04.2026
Огромное спасибо!
Особенно за здание Энергоремонта!
Особенно за здание Энергоремонта!
Nata
23.04.2026
Неожиданная находка к истории этого здания:
1920.03.03 – «От
1920.03.03 – «От
Alex272
22.04.2026
кстати, эту фотографию ,Нади Цветковой, моя мама то же отдала в профко
strahl
21.04.2026
Статьи, очерки, зарисовки
| Статьи » Ростов со всех сторон » Из истории Ростова |
При использовании материалов сайта активная гиперссылка обязательна.
Несколько слов о шерстомойках и шерстомойщиках
| Когда только начиналась моя трудовая деятельность, а работал я по распределению ВУЗа на Зареченском заводе ЖБИ (сегодня как почти всё существовавшее, в прошлом), я не однократно удивлялся названию одной из соседних баз Ростоблисполкома. Народ её называл «Мойка» и была это середина 1970-х. Объяснить мне это название тогда ни кто не мог. Между тем, на эту базу стекалась масса тряпичного вторсырья, которое огромными горами лежало на территории базы, и которые одним из цехов на этой территории перерабатывались в нечто, очень похожее на войлок. Позже довелось увидеть несколько основных производственных агрегатов этого производства. Это были огромные, более 2,5 метров высотой конструкции, рабочим органом которых был металлический массивный барабан, наверное, под 2 метра диаметром и шириной , усеянный по всей наружной поверхности массивными иглами. Было понятно, что назначением барабанов было раздирать на волокна все тканные материалы до состояния волокон, которые потом перемешивались, прессовались и проклеивались по одной из поверхностей. Выходил уже нетканый материал, довольно прочный и стойкий к истиранию. Использовался он и как вибро- и тепло- изолирующий рулонный материал и выпускался он в окрашенном виде, как коврики. По тем временам было довольно практично и симпатично, а главное, расходовался, а не уничтожался, вторичный тканный материал. Предположением о происхождении народного названия «Мойка» было лишь то, что тряпичные отходы перед переработкой, по логике, должны бы были промываться. Прошли десятилетия и для меня сегодняшнего, слово «мойка» в старом варианте уже почти ушло из памяти, но стало хорошо знакомо по материалам ростовского краеведения. И только с появлением одного из планов ростовского порта всё «срослось». На месте той самой базы Ростоблисполкома на плане 1913 года обозначена шерстомойка Торгового Дома Стукен. Вот, на что способна память человеческая. Уже ни кто не мог бы и вспомнить кем был этот Стукен, и что мойка предназначалась для мытья стриженной овечьей шерсти, но название сохранилось. А как позже будет показано, предприятие г-на Стукена почти сохранило и свой производственный профиль. В самые глубокие времена ростовской истории, как писал Екатеринославский чиновник, и краевед, Скальковский, несколько Таганрогских купцов из Англии и Греции своей торговлей инициировали экономический рост нашего города. Они покупали у местных и более дальних, волжских помещиков, зерно и шерсть для отправки их за границу. Для своей уверенности в постоянстве такой торговли они организовали в Ростове первые банки, которыми субсидировали помещиков для закупки зерна для посева и овец для разведения поголовий. Самыми крупными такими купцами были г.г. Эймс и Скараманга, организовавшими в Ростове свои Торговые дома (к слову сказать, недвижимость потомков этих людей продолжала существовать в Ростове до самого 1917 года). Они же, для увеличения «урожайности» овечьей шерсти, завезли в наши края новую породу, испанского мериноса, который был гораздо более покрыт шерстью, нежели местные породы.  Заграничная порода быстро прижилась у наших заводчиков и прибыли от торговли шерстью заметно выросли. Вот ведомость об отправляемой шерсти за границу Империи ещё одним промышленных семейством Ростова – Торговым Домом «Джон Мартин и Ко»  Мы привыкли знать, что эта компания содержала металлический завод, а об этом роде занятий мы знаем не много. Сказалось то, что в черте города до сих пор, нет-нет, да встретишь или колонну или ещё что-то литое чугунное с клеймом компании «Мартын Джон и Ко», а шерсть мытая этим же предприятием, уходила в текстильную промышленность и следов о себе не оставляла. Обратите внимание - за один раз отправлялось 3.116 пудов (!) «русской мытой белой шерсти». По-нашему, это почти 50 тонн! Соответственна и цена товара – почти 25.000 рублей за одну эту партию. Мойка семейства Мартын была не самой крупной и находилась на левом берегу Дона, напротив самого центра города у устья, впадающего в Дон, Ерека.  И всё же, мне кажется, надо уделить несколько слов о том, что такое настоящая мойка шерсти. Взгляните ещё раз на первое фото здесь. Шерсть изрядно сваляна, в ней масса сухой травы и прочего мусора, кроме того она обильно покрыта жировыми наслоениями от животного, которому в этих «одеждах», было, без сомнения, очень жарко. Задача мойки была в том, чтобы устранить все названные дефекты до отправки шерсти в торговлю. Разумеется, я не знаю всех тонкостей технологического процесса шерстомоек, скорее всего, там были большие чаны, где шерсть замачивалась, возможно, происходила варка её в горячей воды для отделения жиров. Кстати, ничего не известно о ещё одной продукции шерстомоек. Отделяли ли ростово-нахичеванские мойщики смытый с шерсти жир? Как утверждают сегодня, одной из важных составляющих того жира является ланолин, используемый в парфюмерии, как основа для духов. После мойки шерсти, для того, что бы избавиться от свалявшихся ранее и скатавшихся при мойке, комков шерсти применялись чесальные машины. Принцип их работы можно понять, взглянув на более примитивную современную модель подобного агрегата.  Большой игольчатый барабан захватывает ком шерсти и не спеша подаёт его дальше, а вращающийся с большей скоростью малый барабан, вычёсывает небольшими порциями шерсть от большого, при этом, расчёсывая её. Настоящие чесальные машины были куда серьёзнее. Вот одна из них, находящаяся в музее техники в Нижнем Новгороде:  Чтобы обрабатывать большие порции шерсти, главный барабан машины выполнен очень большим, а вычёсывающих барабанчиков сразу несколько. Каждый из них имеет возможность регулировки по зазору от центрального барабана. Каждый барабан покрыт тысячами игл, по сути, их поверхность выполнена как металлическая щётка.  По обе стороны от центрального барабана находятся приводные рукоятки.  В общем, машина, хоть и выглядит «шайтан-арбой», фактически, является сложной инженерной машиной. Более передовые мойки работали с механическим приводом от паровых машин, от чего и мойки назывались паровыми. Пожалуй, самым известным и продуктивным мойщиком шерсти в Ростове и Нахичевани был Торговый дом Мелконовых-Езековых. Он содержал не одну мойку, а первую её организовал, если верить «Юбилейному сборнику, посвященному 300-летию дома Романовых», ещё в 1838 году, когда «…единственными потребителями являлись скупщики, а железных дорог и биржи не существовало». Скупщиками, вероятно, являлись те самые Эймс и Скараманга. Шерсть с их помощью прорвалась на все ведущие мировые рынки. В 1896 году «Приазовский Край» пишет: «Мойка эта с самого начала стала выпускать товар хорошо просортированный и чисто вымытый, под маркой «Е», которая приобретя вскоре известность, продолжает пользоваться ею и поныне, т.е. более 40 лет, так как товар под этой маркой, отличается тщательной сортировкой, правильной и чистой мойкой и постоянно ровным и одинаковым качеством. Благодаря этим качествам, шерсть, вымытая на этой мойке, преимущественно, донская, настолько заслужила доверие иностранных фабрикантов, что последние стали покупать ее по марке, даже без предварительного осмотра образцов, что весьма важно, т.к. значительно облегчает и упрощает торговые отношения. Даже после билля Мак-Кинлея, как известно, оттеснившего ввоз иностранной шести в Америку, товары под маркой «Е» не переставали поступать туда. В 1890 г. марка эта была утверждена департаментом торговли и мануфактур. Существующая более полувека шерстомойка г. М.-Е. принесла не малую пользу населению окрестных станиц, доставляя постоянную работу как мужскому, так и женскому населению их, благодаря чему выработался даже специальный тип работниц…». Работало на фирме до 1.000 работников и работниц. Молодые девушки были преобладающими по численности. Об этих работницах следует сказать особо. Мойки Мелконовых-Езековых располагались на левом берегу напротив Зелёного острова, на самом острове, на Береговой улице Нахичевани и на озере Темерницком, ближе к Батайску. Паровая мойка на Береговой улице была последней по времени открытия и начала свою работу в 1894 году, а заречные шерстомойки были ручными. Здесь работниц было больше всего. Работало предприятие в теплые сезоны. Это было обусловлено и невозможностью работать с водой по морозу и заканчивавшейся в зимний период, навигацией. И каждый день, не смотря на любую погоду (дождь, ветер или жара), сотни работниц из Нахичевани, Александровской и Батайской станиц устремлялись на работу. Однажды с ними случилась трагедия, описанию которой «Приазовский Край» посвятил очень большую статью. 25 Апреля 1897 года Нахичеванские и Александровские работницы, как всегда прибыли на берег Дона, где они должны были усаживаться в баркасы и переправляться на левый берег, в ерик, где находится шерстомойка. Обыкновенно, в каждый из баркасов, принадлежащих конторе шерстомоек и предназначенных для перевозки рабочих, даже в хорошую погоду садилось не более 10 чел. В этот злополучный день, дул резкий верховой ветер, а лодочников явилось меньше обычного. В этих условиях, как на грех, один из перевозчиков шерстомойки, усадил вместо 10-и, 32 (!) души работниц. Они роптали, но упустить заработок ни кто не хотел. «Некоторым из них не хватило места ни стоять, не сидеть, и они поместились на бортах. Предчувствие к несчастию их не обмануло. Не успел баркас переехать Дон, и въехать в ерик, где находятся шерстомойни, как волны с бешенной силой начали ударять в борта баркаса и накренять его на один бок. Наконец, саженях в 60 от забора (порядка 130 метров), ограждающего шерстомойку, вода хлестнула через борт, и баркас, сел. С испуга девушки стали выскакивать в воду и потом цепляться за борта баркаса, отчего последний перевернулся и все сидевшие в нём, очутились в воде, на месте, где глубина около 9 четвертей (около 2-х метров). Раздались отчаянные крики о помощи, которые заглушались резким свистом верхового ветра. На эти крики двое рабочих из шерстомойки, … сев в стоявшую рядом с шерстомойкой лодку, немедленно выехали для спасения утопающих Благодаря дружным усилиям и отчаянной храбрости этих смельчаков, удалось вырвать из когтей неминуемой смерти трёх мужчин и восемь женщин, которых они хватали за руки, ноги или волоса и втягивали в свою лодку, ежеминутно рискуя вместе с ними попасть на дно. В это время крики утопавших долетели до слуха старшего мостовщика, мещанина Фёдора Логвинова. Он немедленно отправил на место катастрофы на лодке сторожа наплавного моста, казака Василия Попова. Последнему, с большим трудом удалось принять на борт ещё 9 девушек, державшихся каким-то чудом, на волнах. Сам же, Логвинов, следовавший за Поповым на другой лодке, должен был вернуться, т.к. никто из погибших более не показывался на поверхности воды. Жертвами катастрофы оказались … 9 женщин и 3 мужчин (включая лодочника). О случившемся было дано знать в полицию, которая, в свою очередь, известила о катастрофе спасательные станции нахичеванского отдела и ростовского округа общества спасания на водах. Первой прибыла шлюпка нахичеванского отдела вместе с членом правления, доктором Асвадуровым, которым и была оказана помощь спасенным из воды жертвам катастрофы. Немедленно обе спасательные шлюпки занялись розыском утопленников при помощи «кошек». Первым удалось найти труп 16-летней Александры Мордвинцевой, …». «Вытащенные из воды живыми мужчины и женщины долго не могли прийти в себя. Испуг некоторых был настолько силён, что они отказывались переезжать в Нахичевань на баркасах и их пришлось перевозить на паровом катере, предоставленном комитетом донских гирл к услугам комитета спасения на водах. …Поисками утопленников занялись так же, рыбаки, нанятые для этой цели владельцем шерстомойки. … Тела найденных были перевезены в Нахичевань и переданы родственникам для погребения». Такова была настоящая цена за мытьё шерсти на левом берегу Дона. Существовавший на Дону нахичеванский наплавной мост не выводил к месту работы, а других путей доставки рабочих на предприятие не было. Предприятия Мелконова-Езекова территориально находились в Нахичевани, формально, в Ростове. Их главная контора была в великолепном собственном доме Мелконовых-Езековых на углу нынешних Ворошиловского пр. и Б.Садовой улиц. С 1838 года сменилось не одно поколение владельцев как Товарищества, так и знаменитого дома. Первое разрешение на постройку здесь, вместо ветхих построек, 3-этажного дома было получено ещё в 1885 году.  Фото дома, скорее всего, от 1936 года (гора битого кирпича внизу, вероятно, всё что осталось от Александро-Невской церкви на Новом базаре, через дорогу от дома, а сам дом, после военных разрушений, не будет восстановлен). Дом за свою историю был перестроен трижды. Последними его хозяевами явились дети последнего крупного хозяина фирмы, открывшего ту самую, первую на Дону, паровую шерстомойку, Гавриила Артёмовича Мелконова-Езекова, братья Арутюн, Аракел и Микаэл. Их имена по этому адресу называет телефонный справочник 1918 года… Источники: ДГПб, интернет, личная коллекция, подарки друзей | |
| Категория: Из истории Ростова | Добавил: Alex272 (06.08.2021) | Автор: Овчинников А.Н. | |
| Просмотров: 1552 | Нравится: 0 | Комментарии: 3 | Теги: | |
| Всего комментариев: 3 | ||||
| ||||
Copyright MyCorp © 2026 | 