
| Артиллерийская спецшкола №11(?) (1) |
| Поиск родного дома моего деда (12) |
| Поиск улицы Тургеньевская (3) |
| Снос (4) |
| Строительство театра Горького. Восток площади (3) |
| Строящийся театр Горького вид с востока? (2) |
| Строящийся театр Горького вид с юго-востока (0) |
| Ростовский Горсад. Записки путешественника (1) |
| Набережная. Сердечный привет. (3) |
| Набережная. Сердечный привет. Подписано (2) |
| Еще один кирпич с клеймом (1) |
| Кирпич с клеймом "М" (3) |
| Статьи » История Донского края » Люди, известные и не очень. |
Наверное, нет ни одного ростовчанина, который не связывал бы упоминание об освобождении Ростова-на-Дону в феврале 1943 года с именем Гукаса Мадояна и с этой фотографией Анатолия Егорова: ![]() В некоторых источниках даже пишут, что на ней запечатлен бой группы Мадояна. Теоретически такое могло быть, ведь к 14 февраля Гукас Мадоян с товарищами перебрался именно сюда, в районе хлебозавода №1. Но по воспоминаниям самого Мадояна и других участников событий, они, в ожидании атак противника, находились в подвале на территории хлебозавода. Вышли бойцы на улицу только тогда, когда стало понятно, что город взят нашими войсками и участвовать в бою, заснятом фронтовым фотографом, никак не могли. Однако, это ничуть не умаляет подвига наших воинов, стойко державшихся на ростовском вокзале. Снимок был, есть и будет символом трудного освобождения Ростова-на-Дону 14 февраля 1943 года. А сейчас хотелось бы рассказать не о том, «когда, где и как», а о том, «кто», то есть о людях, которые сражались у стен вокзала в те тяжелые дни. Ведь, по сути, практически никто не упоминает имен героев, кроме имени Гукаса Мадояна. «Группа Мадояна», «отряд Мадояна», «сводный батальон Мадояна» - согласитесь, звучит как-то обезличенно, неопределенно и несправедливо. Поэтому хотелось бы хоть немного пролить свет на храбрецов, бившихся за вокзал в феврале 1943 года. Это и командиры, и рядовые, выжившие и легшие в братские могилы. В основном это были силы 159-ой отдельной стрелковой бригады под командованием подполковника Александра Ивановича Булгакова, о них и пойдет речь. Будучи кадровым военным, Булгаков принимал активное участие в боевых действиях с самого начала войны. Несколько раз был ранен и контужен. Командиром 159-й стрелковой бригады был назначен в сентябре 1942 года во время лечения очередного ранения. После споров с врачами, досрочно выписавшись из госпиталя, он приступил к делу. До Ростова были еще Калмыкия, Сальск, Зерноград, где 159-я стрелковая бригада показала свою доблесть. По словам сослуживцев, заслуги Александра Ивановича «в тех боях как военачальника и как солдата трудно переоценить, как трудно взвесить тот груз, который лег тогда на его плечи». Командир бригады не только отдавал приказы, но и сам участвовал в боях и вылазках. В самый разгар битвы за Ростов Булгаков вместе с разведгруппой пробрался по льду в горящий Ростов, чтобы лично разобраться в обстановке и связаться с батальоном Мадояна. Разведчики уползли, чтобы установить контакт с Мадояном. Вернувшись, они подтвердили, что батальон Мадояна продолжает сражаться, но ему нужна помощь. Предстоял путь назад, на левый берег Дона. Вот как описывает это участник группы Булгакова: «Мы начали отход. Под трамвайным мостиком пришлось задержаться: по путям шли патрули. Бесшумно вгоняю патрон в патронник, ощупываю гранату. Мы замираем: слышно, как журчит вода незамерзшего ручейка. Патрульные гитлеровцы тяжело переступают по мостику и, надо полагать, с опаской глядят под мост. Но вот шаги удаляются. Мы спускаемся к Дону, ползем по льду, огибая полыньи. Справа, метрах в двухстах, вспыхивает ракета, но мы остаемся незамеченными. Рассвет нас застает уже на берегу. А в Ростове зловеще бухают взрывы, полыхают пожары. Немцы подрывают здания». Но это все будет позже, а пока вернемся к началу событий. На 1 февраля 1943 года 159-я стрелковая бригада имела численность 3260 человек. Предстояли еще бои за Кагальник, станицу Злодейскую и Батайск, который освободили 7 февраля 1943 года. А на 8 февраля приказом штаба 28-й армии перед 159-й стрелковой бригадой была поставлена уже новая задача: очистить от противника привокзальный район, занять вокзал. Четыре стрелковых батальона. Вскоре война сведет людей в одном месте, надергав их из разных подразделений и определив каждому свою судьбу... 1-й батальон (командир майор Дябло М. З.) должен был захватить пригородный вокзал и привокзальные здания. 2-му батальону (командир ст. лейтенант Орешкин А. М.) предстояло развить наступление по улице Энгельса в сторону Буденновского. 3-му батальону (командир ст. лейтенант Мадоян Г. К.) было приказано захватить железнодорожный вокзал. Кроме того, на время боевых действий в помощь батальону были приданы отдельная рота ПТР и отдельный батальон автоматчиков. Накануне заболел заместитель командира 3-го батальона по политической части Охапкин С. А. Вместо него срочно прислали опытного агитатора политотдела бригады капитана Шунденко С. Н. Судя по оперативности замены, Мадоян понял, что его батальону отводится важная роль в предстоящих боях. 4-му батальону (командир капитан Деревянченко Г. З.) приказывалось частью подразделений овладеть главным вокзалом, а частью занять и удерживать оборону до подхода основных сил в первых кварталах улицы Энгельса. Задача по захвату вокзалов была выполнена. Но противник быстро организовался и сильными ударами по правобережью Дона отрезал батальоны от штаба бригады и делал все, чтобы не пропустить в город другие части нашей армии. Радиостанции вышли из строя и связь прервалась. Стало понятно, что теперь батальонам придется самостоятельно вести бои в окружении. Командир 1-го батальона Дябло, закрепившись со своими людьми в здании пригородного вокзала, дал приказание старшему лейтенанту Томашевскому обследовать чердаки вокзала. Томашевский Иван Филиппович, старший лейтенант, заместитель командира пулеметной роты по политчасти 1-го батальона Увидев через чердачное окно скопление вражеских машин, Томашевский втащил на чердак пулемет и стал обстреливать автоколонну, двигающуюся по дороге на Таганрог. А комбат отправил парторга Качаненко на левый берег Дона в Батайск, чтобы попробовать провести обоз к вокзалу. Парторг смог выбраться из Ростова, но прорваться назад с обозом ему уже не удалось – немцы перекрыли все выходы. И тем не менее, благодаря капитану Кочаненко нам удалось узнать некоторые подробности происходящего на вокзале. Переживая за товарищей, он пытался понять, что же там происходит. Капитан внимательно выслушивал каждого бойца, прорвавшегося из окружения, и записывал в тетрадь их рассказы. 2-й батальон, точнее его часть (в основном 4 стрелковая рота под командованием лейтенанта Иосифа Калиновича Туза) во время атаки батальонов на вокзал свернула, согласно приказу, к улице Энгельса. Рота закрепилась в одном из зданий, здесь уже находились несколько бойцов, а с ними был и комбат. Остальные бойцы 2-го батальона оказались на вокзале вместе с 3-м батальоном. Возможно, таким было распоряжение командования, так как в своих воспоминаниях Мадоян говорил: «В моем батальоне – минометная рота, три стрелковые, две пулеметные, человек 50 автоматчиков. Кроме того, к нам придали остаток второго батальона, сильно пострадавшего под Зерноградом…» У главного вокзала Мадоян прямо на рельсах железной дороги распределил роты 3-го батальона по участкам. Он приказал усилить оборону, расставив огневые точки на самых опасных направлениях. Командир взвода разведки Николай Иванович Лупандин доложил, что подбили три машины, захватили в плен немецких летчиков, которые ехали по тревоге на аэродром. Восемь пэтээровцев и пять автоматчиков под командованием командира 2-го взвода ПТР младшего лейтенанта Бориса Трифоновича Грибиниченко заняли оборону в диспетчерской. 4-й батальон разделился на две группы. Одна под командованием ростовчанина лейтенанта Маноцкова заняла участок от вокзала до переулка Доломановского. Маноцков Вениамин Григорьевич, лейтенант, начальник штаба 4-го батальона Другой группой на территории ростовского вокзала командовал сам комбат Г. З. Деревянченко. Они пытались установить связь с командным пунктом, который остался за Доном. Посылали нескольких связных с донесениями, но их попытки прорваться на левый берег были безуспешны. Деревянченко организовал внезапные удары по врагу небольшими штурмовыми группами по 30-40 человек, эти вылазки приводили фашистов в замешательство, наносили им потери. Но немцы вскоре поняли, что силы обороняющихся невелики, а пополнения им ждать неоткуда, и стали действовать увереннее. Сначала это была пехота, потом появились танки. На открытой местности танки пушечным огнем смели наспех организованную оборону 4-го батальона. Комбат понимал, что небольшая группа Маноцкова, оставшаяся в первых кварталах улицы Энгельса, не сможет долго противостоять крупным силам противника. Он не мог знать, что отряд Маноцкова вскоре присоединится к бойцам 2-го батальона в районе переулка Доломановского, где комбатом Орешкиным будет организована круговая оборона. Деревянченко решил пробиться к Маноцкову и помочь отойти его группе к вокзалу. Опытный командир, уже в который раз за это утро, лично повел своих бойцов в атаку. Под их натиском фашисты стали отходить от берега Темернички, и Деревянченко с бойцами уже успели достигнуть ворот бумажной фабрики, но в горячем бою комбат был тяжело ранен. Его ординарец Юсуф Еналиев ни на шаг не отставал от своего командира. И только усилиями Юсуфа командир 4-го батальона не остался лежать у фабричных стен. Еналиев Юсуф Хунсутдинович, красноармеец, стрелок 4-го батальона Отбросив, как бревно, напавшего на Деревянченко немца, под прикрытием огня своих товарищей ординарец на руках вынес комбата с поля боя. Надо сказать, что до войны Юсуф Еналиев был профессиональным борцом, выступавшим в цирке под псевдонимом Юсуф Кара. Он обладал недюжинной силой и проворством, что очень помогало ему в бою. Ординарец отнес командира на санитарный пункт, где комбату оказали медицинскую помощь, но командовать подразделениями он больше не мог. Тем временем 1-му батальону, засевшему на пригородном вокзале, удалось отбить первую атаку немцев. Но за ней последовали другие. Они повторялись с удвоенной яростью вновь и вновь. Танки противника начали стрелять по окнам вокзала, чтобы вывести из строя наши огневые точки, снаряды рвались внутри помещения. Взрывам был выведен из строя расчет станкового пулемета. Его командира Бориса Басановича Бельтинова (кстати, нашего земляка, уроженца Зерноградского района) отбросило взрывной волной, и он потерял сознание. Тогда майор Дябло подскочил к замолкшему пулемету и открыл огонь по атакующему противнику. Когда пулеметчик Бельтинов пришел в себя, он вновь занял место у пулемета, а комбат стал стрелять из противотанкового ружья. Обороняющим пригородный вокзал удалось подбить два танка, остальные повернули и скрылись за зданиями. Вечером 8 февраля майора Дябло ранило в нижнюю челюсть осколком разорвавшегося танкового снаряда, но он продолжал руководить ротами. В 3-м батальоне дела обстояли не лучше. Засевшие в диспетчерской пэтээровцы из окон заметили приближающуюся группу немцев, человек 25. Младший лейтенант Грибиниченко отдал команду без приказа не стрелять, подпустить фашистов ближе. По его приказу грянул залп. Немногим фашистам удалось уйти, но местонахождение бойцов ПТР было открыто и на оборонявшихся обрушился шквальный огонь. Пришлось менять рубеж, новая огневая точка расположилась в большом здании, что было не очень удачно, окон в помещении много, а обороняющихся мало. Мадоян с бойцами находился в другом вокзальном здании. Через начальника штаба батальона Алексея Васильевича Калинина он послал связных узнать, что происходит на фланге со стороны Дона. Те доложили, что батальоны отрезаны от штаба бригады. Калинин лично отправился в поисках связи, но натолкнулся на атакующих фашистов и в перестрелке был ранен. Обязанности начальника штаба 3-го батальона стал выполнять лейтенант Александр Иванович Макаров – командир роты автоматчиков. Немцы повели атаки со всех сторон. По железной дороге к вокзалу бежало более взвода автоматчиков, их со второго этажа из станкового пулемета обстреливал расчет сержанта Павла Дмитриевича Кравченко. Кравченко Павел Дмитриевич, помощник командира взвода ПТР А в атакующих со стороны ул Энгельса стреляли пулеметчики лейтенанта Николая Федоровича Полищука. Мадоян отметил, как активно действовал начальник химслужбы 2-го батальона лейтенант Григорий Воловельский. Лейтенант взял на себя командование группой бойцов своего батальона и, умело расставив огневые точки, добился эффективности ведения огня по противнику. Этой группой было уничтожено более 10 автомашин и мотоциклов противника, а также более 20 немецких солдат и офицеров. После ранения командира 4-го батальона Деревянченко, батальон возглавил младший лейтенант Цыганков, командир пулеметной роты. Фашисты усиливали натиск, атака шла за атакой. Оглушительные взрывы и сплошная ружейно-пулеметная трескотня заполнили вокзальный район, пыль и гарь застилали все пространство. В кратких промежутках между атаками наши бойцы использовали каждую секунду, чтобы подготовиться к отражению противника. Пулеметчики, занимавшие позиции в небольших кирпичных постройках в стороне от здания вокзала, прибежали за боеприпасами. Ленты помогали заряжать все, кто только мог, и подносчики снова отправились на свои точки. Этими расчетами командовали сержанты Павлиди и Коротков. Кроме того, в распоряжении батальона имелось шесть противотанковых ружей и ручные гранаты. Бронебойщиками командовал лейтенант Тимохин. Когда фашисты приблизились на них одновременно обрушился огонь из пулеметов и противотанковых ружей. С пехотой покончили быстро, но танки продолжали ползти. Наконец один танк задымился, а через время и другой. Экипаж попытался спастись бегством, но тут же был уничтожен. Танки ушли, наступили сумерки. Подсчитали потери. Только в 4-м батальоне оказалось более 50 человек раненых. Тяжелых размещали на первом этаже вокзального здания, легкораненые оставались в строю. Много было убитых. Пулеметный расчет сержанта Павлиди погребен под грудой кирпича. Из шести расчетов ПТР осталось два. Ранен командир бронебойщиков Тимохин. Ночью, по приказу Мадояна группа бронебойщиков Грибиниченко из диспетчерской перешла в здание главного вокзала. Там уже собрались бойцы и младшие командиры. Непосредственно обороной главного здания вокзала командовали командир роты ПТР лейтенант Пектурно и командиры взводов младшие лейтенанты Грибиниченко и Галушко. Сам Мадоян занимал здание, находящееся примерно метрах в 40-50 от главного. Танковые атаки следовали одна за другой. К вечеру 8 февраля насчитали уже 23-ю. Росло количество погибших. Среди них был боец Калягин, который лично истребил 12 вражеских солдат. Капитан Шунденко выпустил листовку-летучку, посвященную подвигу этого воина. Бойцы читали ее, передавая из рук в руки. Казалось бы – оборона, самые напряженные моменты, не до листовок. Однако они служили для поддержания высокого морального духа бойцов. Так закончился первый день боев за ростовский вокзал. Продолжение следует… *** Электронный ресурсы и литература: https://pamyat-naroda.ru https://goskatalog.ru https://pastvu.com/ps?f=r!286 https://riamediabank.ru https://archivogram.top/?ysclid=mlz4oh6dd56983616 https://www.moypolk.ru https://mius-front.livejournal.com/8161.html https://aif.ru/society/people/rostovskaya_krepost_neizvestnyy_podvig_sovetskih_soldat?ysclid=mlz1r5r6bk737259604 https://mkusgk.ru/voinskie-zaxoroneniya/bratskoe-kladbishhe/glavnyij-memorialnyij-kompleks.html - В боях за Дон. Сборник воспоминаний участников Великой Отечественной войны. Составитель Рышков Ф. В. Ростовское книжное издательство, 1968 - Мы из 159-й. Сборник. Волгоград, Ниж.-Волж. кн. изд-во, 1977 - Беляков П. А. В прицеле «Бурый медведь». Воспоминания фронтовика-снайпера. Ростов н/Д: Кн. изд-во, 1987 - Пламя юных сердец. Сборник. Волгоград, Ниж.-Волж. кн. изд-во, 1985 | |
| Категория: Люди, известные и не очень. | Добавил: Selena (Сегодня) | Автор: Елена Студеникина | |
| Просмотров: 5 | Нравится: 0 | | Теги: | |
| Всего комментариев: 0 | |