Приветствую Вас Гость!
У природы нет плохой погоды
Каталог статей
Новые события
| Артиллерийская спецшкола №11(?) (1) |
vinokurovavk
25.12.2025| Поиск родного дома моего деда (12) |
vinokurovavk
20.12.2025| Поиск улицы Тургеньевская (3) |
alen4
17.12.2025| Снос (4) |
Helen
14.12.2025Новые добавления в фотоальбом
| Диалоги о насущном. (0) |
Alex272
20.03.2026| Строительство театра Горького. Восток площади (3) |
voloshkinsergei
30.07.2025| Строящийся театр Горького вид с востока? (2) |
voloshkinsergei
30.07.2025| Строящийся театр Горького вид с юго-востока (0) |
voloshkinsergei
30.07.2025| Ростовский Горсад. Записки путешественника (1) |
Alex272
15.07.2025| Набережная. Сердечный привет. (3) |
иванов
11.07.2025| Набережная. Сердечный привет. Подписано (2) |
иванов
11.07.2025| Еще один кирпич с клеймом (1) |
Selena
28.03.2025Статистика
Онлайн всего: 1
Гостей: 1
Пользователей: 0
Форма входа
Поиск
Картинная галерея
Записная книжка
Последние комментарии (статьи, фото, события)
Не могу не согласиться, всё верно. Но в таком случае, всё равно - &quo
Alex272
31.03.2026
Таможня городскому голове не подчинялась. Ростовская таможня входила в
felis-manul
31.03.2026
А при чем здесь Хмельницкий? Русским же языком написано, что распродаж
felis-manul
31.03.2026
Здравствуйте. Вот чего не знаю, того не знаю. Земли это были нахичеван
Alex272
18.03.2026
Добрый день. А подскажите к какому приходу могли относится территории
znvvvvv
18.03.2026
Позволил себе добавить в конце материала фотографию автографа ещё одно
Alex272
16.03.2026
Спасибо, Лена. Нет слов.
Тоже не раз слышала рассказы о захорон
Тоже не раз слышала рассказы о захорон
Helen
15.03.2026
"Широко раскинулся город, как бы говоря о широкой натуре казака..
Selena
13.03.2026
Cherchez la femme (Шерше ля фам) - ищите женщину :))
Спасибо, С
Спасибо, С
Selena
13.03.2026
Да, Саша, согласна с вами. Это списки погибших, а есть еще списки проп
Selena
13.03.2026
Статьи, очерки, зарисовки
| Статьи » Наши путешествия » Дальние дороги |
При использовании материалов сайта активная гиперссылка обязательна.
Суворов, Крым, Ростов
| В Ростове существует стойкая легенда о том, что сам Александр Васильевич Суворов лично возглавлял колонну переселенцев из Крыма к Дону, но было ли это на самом деле? Я долго не встречал никаких серьёзных подтверждений или опровержений этого, но вот нашлось. В сетях появился текст книги «История князя италийского, графа Суворова-Рымникского, Генералиссимуса Российских войск». Сочинение Н.А. Полевого, с портретом Суворова и 100 картинами». Это фундаментальный хронологический труд, включающий историческое повествование об эпохе и жизни Суворова от самого его рождения, а так же, сборник исторической переписки самого Суворова с подчинёнными командирами и воинским начальством.  Весь его прорабатывать долго и сложно, поэтому ниже приводятся только выборочные материалы из жизни А.В.Суворова, имеющие отношение к будущему Ростову и его жителям. Приводимый далее текст почти полностью состоит из цитат, взятых из этой книги, которой, надеюсь, верить можно и нужно. Она вся испещрена ссылками на архивные материалы, а тексты «от автора» так же показывают только материалы, имеющие подтверждение в прилагаемых архивных данных. Первые материалы интересующего нас периода относятся к 1778 г., когда будущему фельдмаршалу было уже 48 лет. К тому времени у него, генерал - поручика, уже были и громкое имя, заработанное многими крупными и громкими победами, и периодически возобновлявшаяся немилость со стороны сильных мира сего, изначально возникшая за непослушание Суворовым безграмотных команд его начальства. Но как бы там ни было, теперь «Суворову поручили войска, стоявшие в Крыму и в низовьях Днепра. Ему предстояло дело затруднительное. Видя русских, безвыходно остававшихся в Крыму, турки тайно сносились со своими тамошними приверженцами и решились, наконец, отправить сильный флот на помощь им, занять главные места, возмутить татар и с помощью их изгнать русских. Суворов проникал в намерения неприятелей, но должен был поступая весьма осторожно, уклоняясь от начатия военных действий, распоряжаясь именем Шагин-Гирея, действуя самовластительно, скрывать свою власть, не возбуждая ропота между татарами. Он ввел в Крым еще несколько полков, расставил войско и артиллерию во всех опасных местах, захватил под стражу людей подозрительных, не препятствовал другим бежать за Кубань и в Турцию, приехал в столицу ханскую и, пируя в раззолоченных дворцах и розовых садах бахчисарайских, управлял Крымом именем хана.  Слыша о выходе в море турецкого флота, состоявшего из 160 судов, в том числе 15 линейных кораблей, Суворов отправился с ханом обозревать приморские места, учредил караулы по берегам и ждал появления турков. В Ахтиаре, там, где ныне возвышаются твердыни Севастополя и где всегда было главное место прихода турецких кораблей, явились передовые суда оттоманские. Им не позволили войти в гавань, и на вопросы присланных с флота чиновников, почему русские войска занимают Крым и русские корабли находятся в крымских гаванях, вопреки смысла трактатов, коими утверждена независимость Крыма, Суворов ответствовал, что смятения в Крыму заставили хана просить пособия российской императрицы и для безопасности его прислала она флот и войско. Когда спокойствие будет восстановлено, русские очистят Крым, но не допустят теперь высадки турецких войск и входа кораблей турецких в крымские гавани, как явного нарушения трактатов, принужденные в случае насилия отражать силу силою. Хан подтверждал слова Суворова. Несмотря на объяснения, турецкий флот подошел к Ахтиарской гавани (сегодня, Севастопольской), предводимый храбрым Гассаном, капудан-пашою оттоманским. Видя грозные батареи по берегам и всюду неусыпную стражу, турки ничего не смели предпринять. Они просили позволить налить бочки водою. Суворов отказал, боясь ухищрений. Оставалось действовать оружием. Не имея на то приказаний, Гассан не осмелился, плавал еще недели две около крымских берегов и, терпя недостатки и болезни, принужден был отправиться обратно в Царьград…. Между тем предположено было новое важное распоряжение: желая усилить народонаселение по берегам Азовского моря, решились переселить из Крыма армянских и греческих христиан, издревле там обитавших и просивших покровительства императрицы. Хан не смел противиться. Некоторые из его советников заспорили. Именем хана Суворов взял их под стражу, как ослушников ханской воли, и более 20.000 армян и греков в одно лето с имением и стадами своими оставили Крым. Обширные земли отведены были на Дону, близ крепости св. Димитрия Ростовского, где армяне построили себе город Нахичевань, а греки основали Мариуполь и завели колонии по берегам Азовского моря, оживляя земледелием и торговлею дикие пустыни». Главной задачей Суворова в то время, было окончательное усмирение Крыма и он её с успехом решал. В Крымские дела же, вмешивалось не только турецкое влияние. К Крыму было приковано и постоянное «внимание» ногайских племён, основным оплотом которых была Кубань и Северный Кавказ, в связи с чем А.В. не однажды бывал и там. Он и раньше посещал Азов, но теперь это стало уже регулярным. Наконец, «зимой 1782 г. произошли переговоры с Шагин-Гиреем и его царедворцами, мурзами и духовенством татарским. Они должны были добровольно покориться России. Предложили хану жить, где ему угодно, в России или в Турции, получая от Русского правительства 200.000 рублей жалованья и оставляя при себе гарем и двор свой. Крымцам обещаны были свобода мугаммеданской религии, подтверждение прав, безопасность имений. Красноречие золота и страх оружия русского решили сомнения, когда буйных противников уже давно не было в Крыму. Летом 1783 года совершилось разрушение Крымского царства, последнего остатка владычества монголов в Европе. В мае Суворов ездил в Херсон, отдал отчет Потемкину в переговорах своих с ногайцами и возвратился в Азов, где торжественно разыграно было историческое позорище покорения ногайцев со всею полудикою азиатскою поэзиею. Укрепив войсками пограничные редуты и крепости, от Тамани до Азова, Суворов назначил для собрания ногайцев городок Ейск, на юго-восточном берегу Азовского моря. Туда съехались три тысячи ногайцев. Суворов предложил им условия, на которых Шагин-Гирей слагает с себя звание ханское и передает русской императрице владычество над всеми татарскими ордами. В числе ногайцев были Муса-Бей, султан Чамбурлукской орды, и Галлиль-Эффендий, султан орды Гедисанской, оба приверженные России и друзья Суворова. Они умели убедить своих подвластных и товарищей не противиться судьбе Божией и воле ханской. Пир на степи заключил переговоры. Суворов успел уговорить ногайцев не только покориться, но даже убедил многих султанов переселиться с Кубанской степи на раздольные кочевья за Волгою. Положено было съехаться всем ногайцам в Ейск к 28-му июня, дню вступления на престол императрицы, выслушать отречение Шагин-Гирея и присягнуть в верности русской царице». Таким образом можно, хотя уже и не без иронии, назвать Суворова и окончательным освободителем России от нашествия, начатого ещё в 13-м веке небезызвестным всем, Чингис-ханом.  «В назначенный день степь вокруг Ейска покрылась татарскими кибитками. Суворов придал сколько можно более торжественности празднику. Русское войско стояло под ружьем. После обедни в полковой церкви Суворов со своим штабом явился в кругу ногайских предводителей. Торжественно читан был манифест Шагин-Гирея, где отрекался он от своего ханства и передал власть русской императрице. Все ногайцы присягнули на коране в верности новой властительнице и привели к присяге своих подвластных. Многим мурзам объявлены были чины штаб и обер-офицеров русской службы. Начался пир. Сто волов и 800 баранов было сварено и изжарено, и при пушечной пальбе и звуках полковой музыки, с коими сливались восклицания татар, ура русских и заунывные звуки татарских песен и волынок, более шести тысяч ногайцев засели на разостланных коврах. Суворов и русские офицеры и солдаты угощали своих гостей. Забывая заповеди Корана, гости дружно осушали кружки с вином и пивом. Пир заключили конские скачки. На другой день, в именины наследника, угощение возобновилось. Ногайцы отправились восвояси, повторяя клятвы верности. Так совершено было покорение обширных областей черноморских. Крым был переименован Тавридою и подчинен Потемкину. Заслуги Потемкина награждены были чином фельдмаршала, званием президента военной коллегии и шефа кавалергардского полка. Труды Суворова наградила императрица орденом св. Владимира 1-й степени, учрежденного за год перед тем. "Усердная и ревностная служба ваша, доказанная искусством в части вам порученной, -- писала императрица в рескрипте, -- особливое радение в делах, вам вверенных, а наипаче исполнение предлежавшего вам по случаю присоединения кубанских народов к империи Российской обращают на вас наше внимание и милость"»…. Нельзя, однако не заметить, что мир с ногайцами не был твёрдым. Ещё несколько крупных столкновений происходили с ними до их полного усмирения. «Пируя с ногайцами, Суворов предварительно принимал охранительные меры против своих друзей. Когда ногайцы поворотили обратно от Дона, их встретило русское войско и рассеяло полчища их, так, что более 500 татар легло на месте; остальные ушли за Кубань, оставя русским семейства свои, жен, детей, имения и стада: более 30.000 лошадей, 40.000 штук рогатого скота и 200.000 овец досталось в добычу русским. Султан Тавр бросился на Ейск, с 10.000 ногайцев. Три дня осаждал он этот городок, но был отбит и бежал за Кубань. Суворов верно расчел, что быстрый удар мгновенно уничтожит волнения. Он решился сам идти за Кубань, назначил сборное место войску в Копыле, неподалеку от впадения Кубани в Черное море, и собрал там 16 рот пехоты, 16 эскадронов драгунских и 4 казацких полка; при них было 24 пушки; 6.000 казаков, с атаманом Иловайским, отправились прямо из Черкасска к устью Лабы, впадающей в Кубань, там, где, как слышно было, закочевали главные скопища ногайских мятежников… Страшный урок, данный мятежникам, был так поучителен, что все ногайцы, уцелевшие от побоища, смиренно покорились России. Так султан погиб за Кубанью. Его сообщники явились в Ейск. Суворов объявил им прощение. Шумное пированье следовало за примиреньем. В числе почетных гостей находился Муса-Бей. Ему было тогда около ста лет от роду, но он был еще так бодр, что на скачках не уступал молодым удальцам и даже вздумал жениться. Суворов купил у казаков пленную красавицу черкешенку и подарил ее своему другу, восхищенному столь неожиданным подарком.  По водворении спокойствия между кубанцами Суворов жил в крепости св. Дмитрия Ростовского, где находилась главная квартира кубанского корпуса…». Такова краткая история всех событий, связывающих имя знаменитого полководца и наши края. Теперь обратимся к конкретной исторической информации, приведённой здесь же, в этом историческом труде. Один только список заголовков писем из суворовской переписки с указанием на их архивные ссылки занимает несколько листов печатного текста. Их здесь 272. По этим письмам мы и попытаемся проследить истинную и наиболее точную хронологию жизни Суворова в этот период. 1777 г. марта 2.- Выписка из расписания войск, составленного А.А. Прозоровским войска, подчиненные А.В. Суворову. (Перекоп): Пехота Под командою господина генерал-порутчика и кавалера Суворова: Два батальона гренадер – один из крепости полковника Репнинского, другой от князя Багратиона; 4 гренадерских батальона; 6 полков; пушек разных – 14; единорогов (фактически, тоже пушек) – 5; К нему прикомандировать из шести пехотных полков 120 человек с мастеровыми». Это было начало службы Суворова в Крыму. 1778 г. января 16.- Рапорт А.В. Суворова П.А. Румянцеву о вступлении в командование кубанским корпусом и о положении на Кубани. Суворов прибыл на Кубань 5.01. Приняв корпус обратился к своему руководству за финансовой поддержкой своей деятельности: «…При принятии от г. генерал-майора и кавалера Бринка здешних дел, я экстраординарной суммы от него нисколько не получил, а рапортует он, что, по неимению оной, принужден был заимствовать у купцов и издерживать на счет возврату, и как я при первом вступлении в сии дела должен привыкши к пакостям чиновников, для утверждения с ними лучшего знакомства, а потом и к снисканию в них доверенности к нам, угождать согласно с предписаниями вашего сиятельства подарками, то в сей необходимости на первой случай хотя и требую я от состоящей в крепости Святого Дмитрия кригс-цалмейстерской комиссии в отпуск на счет экстраординарной из комиссариатской суммы четырех тысяч рублев, а к тому о большем оною меня снабдению сколько заблагорассудить соизволите, прошу вашего сиятельства рассмотрения». Витиевато написано, но суть видна – Ростовская крепость к этому времени уже успела стать главным местом снабжения для всех войск Новороссии. 1778 г. января 18 - Рапорт А.В. Суворова П.А. Румянцеву с просьбой о предоставлении самостоятельности. «Выступя в прием по повелению вашего сиятельства назначенного мне в командование корпуса, к стороне Кубани расположенного, и входя в обстоятельствы сопряженных с тем политических дел относительно до кочующих здесь татарских орд, нахожу, что в мероположениях, касающихся до военного, а особливо при нынешних обстоятельствах по немалой Крымского полуострова от здешнего места, отдаленности, для скорейшей во всем решимости, нужно мне иметь разрешение, независимое от стороннего распоряжения. Коль паче будучи местным здешнего корпуса начальником и имея по лучшему опознанию положения здешнего края и других обстоятельств, ближайшие средствы к выполнению высочайших ее императорского величества предположений, так как и вашего сиятельства повелений, не имел бы я обязанности чрез излишние переписки подвергать иногда нужные предприятии медлительности….». С этого времени Суворов получил возможность перевода основных сил Кубанского корпуса в Крым, таким образом прикрыть всю территорию, облюбованную ранее всеми турецкими вассалами – крымскими татарами и ногайцами. 1778 г. января 28.-- Рапорт А.В. Суворова П.А. Румянцеву об отпуске экстраординарных сумм. Опять о деньгах и опять из Ростовской крепости: «От 17-го числа месяца вашему сиятельству в рапорте моем хотя я и упоминал, что для обсылки здешних чиновников иногда подарками, на первой случай требую от состоящей в крепости Святого Димитрия кригс-цалмейстерской комиссии в отпуск на счет экстраординарной суммы четырех тысяч рублев, однако же той комиссии кригс-цалмейстер Федоров на повеление мое рапортует: что за удовольствованием здешних войск за сентябрьскую 1777 году треть в комиссии его суммы не состоит и даже двум баталионам в жалованье отказано!...». 1778 г. февраля 18. - Из рескрипта Екатерины II П.А. Румянцеву о поручении А.В. Суворову управления политическими делами на Кубани (С.-Петербург) «Граф Петр Александрович! ...Я с удовольствием уведомляюсь из последних донесений ваших, что генерал-порутчик Суворов принял команду над корпусом Кубанским, будучи уверена, что он, конечно, споспешит достижению намерений о тамошнем крае. Но как тут же усматриваю, что управление политических дел предоставляется генералу майору Бринку, то, предостерегая всякое неудобство, могущее произойти от беспосредственного мимо начальника войск управления, мне кажется сходственнее вверить и в том всю полную дирекцию Суворову. С непременным благоволением пребываю впротчем вам доброжелательная, Екатерина». Мы помним, что только, что присоединённые к России земли, позже названные Новороссией, частично простирались по югу Украины и далее ниже, в Крым, а с другой стороны это были все земли, расположенные ниже Дона. Во времена Суворова, все эти местности были условно отнесены к Кубани, здесь были и Ейское укрепление, позже вошедшее в состав Ростовского уезда, и Азовские земли, в т.ч. село Кагальник и другие. Поэтому нам сегодня и важна информация о событиях, происходивших тогда «на Кубани». Со времени прибытия Суворова из Крыма на Кубань прошло более 3-х месяцев. За это время он успел побывать от Моздока до Ейска и от Астрахани до Тамани. Им подготовлены к активным действиям несколько крепостей, проведены переговоры о переселении Ногайцев в земли России за Уралом, переговоры о возвращении под Российские знамёна казаков – Некрасовцев. В апреле до Суворова дошли сведения о готовящейся измене ногайцев, вновь решившихся возвратиться под турецкое вассальство. Следующее письмо Суворова генерал-губернатору Г.А. Потёмкину написано 23.04.1778 г. из Еникольской крепости в Крыму (район Керчи). В нём, однако продолжается озабоченность АВ. обстановкой по всей линии укреплений включая территории от Тавриды до Ставропольской и Моздокской крепостей и Астрахани. Ко времени возвращения Суворова в Крым вновь возникла опасность Турецкого нападения и в связи с этим, антироссийская активизация татарского населения Крыма. Далее были будничные организаторские дела и заботы о предотвращении столкновений русских военных с турецкими. Новая тема его деятельности появилась в переписке в июле 1778 г.: 1778 г. июля 17 - Рапорт А.В. Суворова П.А. Румянцеву о подготовке переселения христиан из Крыма No 135 Бахчисарай От его светлости князя Григория Александровича Потемкина, паки мая 17-го числа мне предложено было, о выводе здешних христиан в Азовскую губернию. Каковые от митрополита Игнатия мне даны при письме пункты, с оных вашему сиятельству копии приложены {К документу приложены: 1) письмо митрополита Игнатия Суворову с просьбой приготовить официальную грамоту от имени Екатерины II об условиях переселения христиан из Крыма и удовлетворить все нужды переселяемых в отношении их продовольствия по прибытии на новые места жительства и 2) постановление крымских христиан просить о покровительстве и даче привилегий и льгот при переселении на новые места (л.л. 363-365).} и таковые к его светлости князю Григорию Александровичу отправлены. Впротчем, уповательно, христиане чрез месяц к выходу изготовиться могут и как ныне к тому приступили, то не без разглашениев; но светлейший хан и правительство ведением сего не отзываются, как и с нашей стороны им о том ничего еще объявлено не было; В Крымском ханстве христиане (садоводы, ремесленники, торговцы), которые были основным источником налоговых доходов. С их уходом правительство Крыма лишалось большей части доходов и оказывалось в экономической зависимости от русского правительства. Посредством экономического ослабления Крымского ханства и усиления его зависимости от России русское правительство рассчитывало противодействовать политике Турции, направленной на восстановление вассальных отношений Крыма к Оттоманской империи. На Суворова была возложена трудная задача по выселению в Приазовские степи христианского населения Крыма (греков, армян и др.). В своих мероприятиях по выводу христиан Суворов сумел использовать поддержку местного духовенства – авторские примечания из публикуемой книги 1778 г. июля 17 - Записка А.В. Суворова П.А. Румянцеву о условиях переселения христиан из Крыма. 1-е. Под своз христиан, не имеющих подвод, потребно шесть тысяч пароволовых; 2-е. Место желанное было по Днепру от Казы Кермена в гору, но когда там селить нельзя, то просят поселить в Екатеринославскую с уездом его, дабы по малой мере с Днепра рыбною ловлею и пригоном сверху Днепра ж лесу довольствоватца могли; 3-е. Хлеб, тяжелые вещи, разные товары, а буде можно и винограды принять под образом покупки под свою защиту, а за то деньгами ли или чем удовлетворить, дабы одни только домы и лавки остались прежним их владыкам, а на поселении строить на место их другие. Вещи ж тяжелые перевозить по времени; 4-е. При новости не дать места и какому их обременению: всем снабдить, во всем охранять, с одного на другое место не водить, отчего, разгорясь, не роптали бы на судьбу; 5-е. Лето проходит, домы не поспеют. Отвесть в селениях квартиры: в Новоселице, в Каменке, в Протовчах, Чаплинке и протчих по Ореле деревнях. Чтоб между хозяевами квартир их не было распрь, свесть два дома под образом постоя в один, таким образом целая половина селения опростана будет для помещения христиан; 6-е. Защитить от всех нападков разгневанных сим случаем хана и правительства и препроводить в целости; 7-е. В пути скудных провиантом снабдевать, а по прибытии на место и всех как семенами, так и провиантом, доколь новой хлеб родитца, пропитать. А вот и ответ на вопрос задавшийся в самом начале этой статьи – вёл ли лично А.В.Суворов армян из Крыма на Дон. Конечно же, нет. Он лишь организовывал их поход и надо заметить, делал это довольно тщательно. Продуманы все основные вопросы и пути и дальнейшего быта. 1778 г. июля 26 - Рапорт А.В. Суворова П.А. Румянцеву о мерах по обеспечению переселения христиан из Крыма и сопротивлении крымского правительства Вашему сиятельству сие мое донесение по выводу в Россию крымских христиан после моего рапорта от 17 сего июля, сокращаю наивозможнейше. Из списков при сем в переводах с татарских писем {К документу приложены копии переводов писем татарского правительства Шагин-Гирей-хану с протестом против вывода христиан из Крыма; ответ хана с требованием не препятствовать желающим христианам переселяться в Россию; повеление хана крымским каймакамам объявить населению о добровольном переселении из Крыма в Россию всех желающих христиан} усмотреть изволите предлежащие препоны, иные ж письмы господин резидент, яко один тому здесь знающей, по пространно восторженному их слогу, хотя сходного содержания, перевесть не успел. В опасности жизни и имениев здешние христиане частию еще поныне; все против того должные осторожности взяты и войскам в том строгие по приличеству приказы даны; татары действуют угрозою, подущениями, обещаниями и обыкновенным их вероломным лукавством. Светлейший хан, изнуряемой гневливостью, выехал из Бахчисарая для воздуха, сколько то теперь видно, и расположился лагерем по Ахтмечетской дороге, в трех верстах от города на его прошлогоднем месте, под обыкновенным закрытием российских войск. Господина резидента во все сие время к себе он не допускал, хотя тот наконец требовал от него аудиенции всевысочайшим именем. Итак все внушения чинены были третьей особой; денно и ночно к нему непрестанно всеместные его чиновники съезжались. Правительство представляло мне о принесении их всенижайшей просьбы в Санкт-Петербург; в отмене сего вывода воспретить им того не можно, а в обождании выводом 25-ти дней для очевидных интриг отказано, по изготовлению уже самими собою к выходу многих христиан. Собственно правительство не столько грозно, сколько хан, ибо он того звания их подданных взял себе, а им определил жалованье. Выходящих христиан в Россию зерновой провиант, фураж и сено велено от меня российским начальникам снимать от христиан под верные квитанции, по которым определяетца чинить расплату в Перекопе и Арабате, по провиантскому департаменту; тут должна быть казне некоторая прибыль. Також приказано уже комиссии провиантской заготовить им проходной провиант, примерно на один месяц, до Александровской крепости на Днепре, а потом их довольствовать чрез неусыпное попечение господина Азовского губернатора. Должно мне уже было реченного господина губернатора просить о высылке под них пароволовьих повозок, на сей раз хотя до двух тысяч, партиями от 50-ти, 100 до 200, чтоб все те 2000 в разные числы от начала их отправления до последних чрез полмесяца в Крым поспеть могли и высылкою их весьма поспешить. Ныне же употреблятца будут казенные полковые, хотя и партикулярные за прогоны, поелику их стать может, а частига сменяемы быть могут от таковых же корпуса команды господина генерал-порутчика князя Багратиона, обретающегося близ Шан-гирейского ретраншемента. Транспорты сии будут до Александровской крепости, а там уже в попечении Азовского губернатора. Просили христиане о сокращении на пути карантина, - обещано и учиню учреждение. Також, чтоб им к господину Азовскому губернатору от трех обществ послать депутатов с помощниками для ходатайства о принадлежащем до всего поселения на их пунктах, как для осмотру земель; сих отправят они на сих днях. Преосвященный митрополит греческого исповедания Игнатий по первому опасному слуху выехал из Бахчисарая в российской под сим городом лагерь при Акхаче и тотчас городская его квартира имела посещение от ханских людей. Тож самое вскоре учинил и архимандрит армянского закона Петр Маргос, а патер Иаков католицкого армянского закона убрался к своим в Кафу. Сии три общества одно от другого суть независимы. Не могу я довольно вашему сиятельству описать, в каковой опасности здешние христиане были. Многие разноместно были уже под татарскими караулами; неминуемая им казнь предлежала. Кстати случились здесь из Ерусалима армянские архиерей и архимандрит, ныне употребляются они с пользою. На сих днях отправится отсюда разных христиан на полковых повозках к Александровской крепости, с эскортом, обоего пола близко ста душ. Слава богу, что веревка потянется. От стамбульских замыслов пока еще руки свободны. О протчем вашему сиятельству доносит господин резидент {Последняя фраза написана рукой Суворова.}. Генерал-порутчик Александр Суворов Те, кто ранее уже интересовался подробностями перехода армян из Крыма на Дон, наверняка читали, что крымские эмигранты долго скитались по степям, не зная. Куда «приткнуться». Были они долго и гибельно в центре Екатеринославской губернии, дошли до Астрахани, затем, увидев, что и там верховодят татары, опять двинулись в поход… Как будто люди просто брели наобум, при том, не обременённые заботами о ночлеге, пропитании и прочих проблемах нормальных живых людей. Два последних письма открывают нам истинное положение дел: из Крыма выходили и греки и армяне. Шли, каждый своими путями. Та группа, что шла целенаправленно на Дон (в бывшую Азовскую губернию), должны были добраться как раз в Екатеринославские края к Александровской крепости (позже, центра Александровского уезда этой губернии), где их должны были встретить представители Азовского губернаторства и помочь им добраться до конечной цели. Видимо, всё произошло, как обычно. «Хотели как лучше, а вышло как всегда…»… Азовские не пришли. И ещё, прошу запомнить из фразы «христиан, желающих выехать в Россию», запомнить слово «желающих». Оно нам пригодится во второй части этого рассказа. Читать суворовские письма в той транскрипции, как была у автора, нам сегодняшним, тяжело, да и тексты там не всегда наполнены чем-то абсолютно интересным для нас, тем не менее, раз уж решил здесь выложить все перипетии этого дела, размещаю здесь и полные тексты всех писем, касающихся нашей темы (надеюсь, кому либо пригодится): 1778 г. июля 30.- Рапорт А.В. Суворова П.А. Румянцеву о ходе переселения христиан из Крыма и о недовольстве хана ... В дополнение донесения моего вашему сиятельству от 26-го сего июля касательно до выводу крымских христиан, следующее честь имею донести. Приезжавшим сюда из разных мест армянским депутатам господин резидент Константинов довольное изражение сделал о несправедливом татарском оных наклонении на прежнее их положение, которые от него уже были у меня, и я, истолковав им данные от преосвященного митрополита Игнатия о выводе христиан пункты, с которыми армянской архимандрит Петр Маргос и католицкой армянской патер Иаков согласны (коих духовных особ и публикованной манифест у сего в копии представляю {Манифест в деле не обнаружен.}). Приняв сие к их сущей пользе, с видимым удовольствием разъехались. Высшее желание всех христиан, сиятельнейший граф, есть то, чтоб поселяемы были вместе и на выгодных местах, из чего плод усмотрен будет в их потомстве. Сожалеют они оставить их недвижимое родовое, за что принужден был я им обещать здесь на месте удовлетворение из казны, яко иначе они и согласны б не были. Реченной интриги неудачею, равно как и начавшимся уже действительным выводом, прогневанный хан переменил свой лагерь и остановился от Бахчисарая в двадцати верстах вниз по Альме. Господин резидент после последней 25-го числа аудиенции много раз пытался, чтоб его светлость видеть, но без всякого успеху, с грубыми отказами остался, особливо как при выезде его на новой лагерь. Ездил к нему для всевозможнейших еще увещеваниев; однакож он, седши на лошадь, несмотря на него, резидента, которой хотя и зачал было ему говорить, не дождался нимало, уехал. Сей поступок, как есть оскорбителен его характера, то теперь и оставляется требование к свиданию с его светлостию впредь до лучшего времени. Господин резидент на время потребен быть в Бахчисарае, для лучшего утверждения в согласии христиан и споспешествования вывода их, в рассуждении знания языка и нравов сей земли, почему он теперь там и находится. Здесь слух всюду рассеян о точном выезде светлейшего хана до Санкт-Петербурга, но о точности, как он сам еще не объявляет, неизвестно. Можно, ваше сиятельство, теперь приметить и земские неспокойствии, как-то на нынешних днях один бишлей стрелял в грека. Напротив того, греки с ним и его товарищами дрались, а потом другой христианин, окровавленной татарином, прибежал к господину резиденту, которой его отослал к каймакану, но сей последней, не сделав никакого разбирательства, объявил только, что он слагает с себя чины, то господин резидент принужден был объявить визирю паки о полном высочайшем покровительстве всех христиан. Господин азовской губернатор вступил уже в благопоспешнейшие меры к выводу христиан в вверенную ему губернию, как о том он меня уведомляет, что на сие и от его светлости князя Григорья Александровича Потемкина повеление имеет; для чего я вторично его превосходительства просил о наипоспешнейшем сюда отправлении, прежде требуемых мною сперва двух тысяч, а за ними и еще достальным четырех тысяч губернских подвод, партиями одной за другою и так, чтобы ни одного дня не было без таковых в Крым прибывающих. Сие поспешное прибытие сюда подвод более потому, ваше сиятельство, полезно, что дальние отлагательствы сумнительны в перемене иногда принятых ими намерениев и опасны по внутренним и наружным беспокойствам. Число ж всех христиан является ныне превосходнее, особливо в купцах армянах. К Александровской крепости чрез Перекоп отправлено из Бахчисарая вначале обоего пола: грузин девять душ, да сего течения 28-го числа мещан греков мужеска полу тридцать три, женска тридцать семь душ с приличным эскортом на подводах, всякого звания, казенных, полковых и партикулярных, а затем и другой небольшой транспорт дни через три готов будет. Но как я подвижного провиантского транспорта фуры обращаю на сей же отвоз христиан, и которые от стороны Перекопа и Арабата во все части, отколь отправление оных есть, прибудут, то недели чрез полторы, надеюсь, на первой раз около тысячи душ выехать может, а к тому еще определил я нанимать прибывающих в Перекоп с подрядным казенным провиантом фурщиков, а между тем поспешат и губернские повозки. Впротчем же во всем от российской стороны на всякой случай по человеческим возможностям все готово, а татары, видя таковое отправление христиан, отзываются, что они теряют их как душу из тела, а потом, уповательно, с их стороны и не без клеветы на меня будет. Не оставляю я, ваше сиятельство, что касается до выводу сих христиан, о всем принадлежащем и его светлости князю Григорью Александровичу Потемкину в свое время рапортовать {Аналогичный рапорт послан Г. А. Потемкину 29 июля 1778 г. (подлинник хранится в ЛОИИ, ф. Собрание Воронцовых, No 1309, лл. 35--36).}. Генерал-порутчик Александр Суворов ЦГВИА, ф. ВУА, д. 208, лл. 172--173 и об. Подлинник. Частично опубл. в сборн. "Присоединение Крыма к России". Н. Дубровин, т. И, СПБ. 1885, стр. 608--610. 1778 г. августа 7 - Рапорт А.В. Суворова П.А. Румянцеву о расходах, вызванных переселением христиан из Крыма ... На повеление вашего сиятельства от 25-го минувшего июля под No 252-м {Ордером от 25 июля за No 252 П. Л. Румянцев одобрил принятые Суворовым меры по охране берегов и пристаней Крыма от нападения туро:с; выразил сожаление о некрасовцах, не могущих выбраться из Суджук-кале; рекомендовал всеми способами стараться отвлечь Гаджи-Гирея-султана и других приверженных России татар от общения с турками; отправлять в Азовскую губернию христиан на провиантских подводах, а перебежавших с кораблей на берег и взятых в плен янычар предоставлял на усмотрение Суворова (Архив ВНР МИД СССР, ф. 123/2, д. 252, лл. 389-390).} донести честь имею. Что касается до выводу отсель в Россию христиан, то ваше сиятельство из предшествующих моих от 26-го и 30-го чисел июля донесений {См. док. NoNo 71 и 74.} о всех происшествиях уже обстоятельно соизволите быть сведомы, то в дополнение оных следующее объясняю. Расходы на сих христиан непрестанно умножаютца, как то и татарам за купленных ими рабов, из коих есть много семейных, надлежит соразмерно платить деньги, поелику, в рассуждении такового выводу христиан, нет приличности и сих в неволе оставлять, коих татары беспрепятственно уже отдают, на что выйти может свыше десяти тысяч рублей. Духовными и стариками положена цена на их остающиеся зерновые произращения, и именно: пшеницы четверть -- по одному рублю двадцати копеек, тож ржи и проса, которого будеч незнатное количество, ячменя четверть -- по осьмидесяти копеек, сена пуд -- по четыре копейки, а соломы -- по две копейки. Сверх того, я полагаю солдатам за молотьбу и помол зернового хлеба с четверти по пяти копеек и оного будет по нынешнему здесь неурожаю около пятидесяти тысяч четвертей, то на заплату с сеном и соломою, надеюсь, выйдет суммы больше осьмидесяти пяти тысяч рублей. Секунд-майор Синельников с провиантскою комиссией), по требованию господина бригадира Балабина, для лучшего порядка ко отправлению во внутренние крымские магазейны провианта, находился в Перекопе, но теперь также для порядочного учреждения в принятии от христиан провианта и фуража и рассигнования оного по полкам потребен здесь, то и приказал я ему оттоль временно приехать к себе. Подрядной провиант сюда в Крым становится: мука четверть от дву рублев тридцати осьми копеек, до дву рублев семидесяти осьми копеек. Круп от трех рублев двадцати трех копеек до трех рублев шестидесяти трех копеек. Овес в один рубль шестьдесят четыре копейки, сена пуд покупается в десять копеек, потому от уменьшения цены вышеизъясненного принимаемого здесь от христиан казна выигрывает около ста тысяч рублей, что заменяет убыток, впротчем на них употребляемой. Но как я, ваше сиятельство, обещал им за весь принятой от них хлеб и фураж по квитанциям от провиантской комиссии платить деньги в Перекопе и Арабате, а здесь провиантской суммы нисколько нет, и хотя о присылке оной из Полтавы предписал господину бригадиру Балабину, однакож не надеюсь по малому наличеству {У Дубровина -- количеству.} и у него денежной казны вскорости от него получить. В таком случае, ваше сиятельство, покорнейше прошу в число показанных осьмидесят пяти тысяч рублей одну половину в Перекоп, а другую в Александровскую крепость, ибо некоторые согласятся и там принять, приказать отколь надлежит как наипоспешнее доставить, дабы самым тем не могло произойти в заплате сим христианам остановки и не довесть их в том на первой случай до какового-либо сомнения. На протчие принадлежащие до выводу сих христиан расходы по сие время уже забрано под образ займа от здешней обер-кригскомиссарской комиссии из комиссариатской суммы тринадцать тысяч рублей, которые почти все при первоначальном еще выводе оных употреблены, большего ж числа суммы взять не можно, поелику и сия комиссия в излишестве у себя, кроме что на удовольствие за ныне истекающую майскую треть воинских служителей жалованьем, денег не имеет, для чего принужденным нахожусь занимать уже из полков. Вашего сиятельства прошу прежде требуемую сумму пятьдесят тысяч рублей потому ж повелеть ко мне без умедления доставить, яко за нескорою оных присылкою, конечно, во отправлении христиан может последовать остановка. Светлейший хан теперь упражняется в мелких интригах с правительством и здешними магометанами, и бывают некоторые помешательства, но не всегда; равно и в христианах недоверчивые есть. Недостаточному в деньгах особливому приятелю резидента и усердному к российской стороне ханскому брату Казы-Гирей-султану вместо просимых им пятисот подарил я шестьсот рублей. Азовского господина губернатора беспрестанно я прошу о скорейшей высылке губернских подвод, кои чрез Перекоп точно должны начать проходить против половины нынешнего месяца, естли только там прилежность будет в высылке, поелику тож кефанские обыватели просят о скорейшем их выводе отсель, для чего и требуют к подъему подвод, опасаясь они каковой-либо иногда могущей быть перемене. После донесения моего вашему сиятельству от 30 июля {См. док. No 74.} отправлено на казенных полковых и партикулярных повозках, а несколько и на собственных их, городских жителей, из разных мест по рапортам действительно об[оего] п[ола] показанных тысяча сто двадцать две души; затем всех к половине нынешнего месяца выйдет около трех тысяч, а с половины уже пойдут поселяне, которые теперь исправляются в их экономии. Начало учинено по Бахчисараю майором Шепиловым, а из Ахт-мечети прилежным старанием Днепровского пехотного полку господина полковника Либгольта. Все уже без остатка разного рода христиане, греки, грузины и армяне тридцать три семьи, числом всех мужеска и женска полов сто восемнадцать душ выехали. Странно, ваше сиятельство, есть, что козловские некоторые татары объявляют свое желание также выехать в Россию за христианами, а с таковою ж просьбою и здесь к господину полковнику Бандре человек до десяти приходили, однако ж им сказывается, что на то от вышней команды повеления нет. Впротчем здесь внутренних никаких беспокойств по сие время еще не усматривается. Генерал-порутчик Александр Суворов ЦГВИА, ф. ВУА, д. 208, лл. 203--204 и об. Подлинник. Опубл. в сборнике "Присоединение Крыма к России". Н. Дубровин, т. II, СПБ, 1885, стр. 634--637. 1778 г. сентября 18 - Рапорт А.В. Суворова П.А. Румянцеву об окончании переселения христиан из Крыма Вывод крымских христиан кончен! обоего пола отправилось в Азовскую губернию 31 098 душ. О чем вашему сиятельству ведомость прилагаю {К документу приложена ведомость, в которой отмечались христиане, выведенные из Крыма или оставленные временно на месте, чтобы дать им возможность путем торговли расплатиться с долгами (лл. 277--278 об.).}. Осталось зимовать в Ениколе и Черкаске 288 душ. Преосвященный митрополит греческий, преподобный архимандрит армянский выехали за христианами сего числа, в то же время и католический патер Яков. Примерно вышло денег на вывод сей здесь до 130 000 рублев, паче на прогоны. По собрании не вступивших еще из разных мест о том ведомостей вашему сиятельству вернее донесть не укосню. Генерал-порутчик Александр Суворов ЦГВИА, ф. ВУА, д. 208, л. 276. Подлинник. Опубл. в сборнике "Присоединение Крыма к России". Н. Дубровин, т. II, СПБ, 1885, стр. 710. 1778 г. сентября 21 - октября 3 - Письмо А.В.СУВОРОВА П.И.ТУРЧАНИНОВУ о положении в Крыму и на Кубани и о ходе переселения христиан из Крыма 21 сентября. Турки, под Ахтияром сошедшие с кораблей, ныне в Збурьевске. Ф[ельдмаршал] {Румянцев.} приказал с ними мне поступить по моему разсмотрению. Чтоб рос[сийских] 2 фрег[ата] и "Хопёр" выпущены были из задержания под Константи[нополе]м, не слышу. Те турки здесь, по их своеволию, в тягость, одеждою и прокормлением убыточны. Ежели их, по отпуске в Очаков, там где перережут, сочтут мне за неразумие. Милостивый государь мой! Албанцов-то, по их желанию, так же в Азов[скую] губ[ерни]ю переселить и породнить с бывшими крымскими хр[истианам]и для пропагации {т.е. увеличения населения.}. 25 сентября. Вот милостивый государь мой! положение моего здоровья. Был в нем очень слаб, вчера вздумал прогулятца, опять весьма захворал…. Всё! Дело сделано. Крымчане – будущие житель нижнего Дона переселены. Далее, несмотря на нездоровье, обычные служивые дела и довольно активные. Что интересно, Суворов, будучи командующим всего лишь одного Кубанского корпуса, но фактически, являясь полномочным представителем генерал-губернатора Новороссии, охватывал своей деятельностью весь юг России и не только юг. В его переписке есть много писем из г.г.Козлова, Астрахани, Казани, и других. Есть письмо из Таганрогской крепости Черепаха, есть письма с описанием дел, связанных с ледоходом на Волге, 1779 г. марта 10 - Рапорт А.В. Суворова П.А. Румянцеву об увольнении в гарнизонные части солдат, не способных к полевой службе No 34 Козлов Во исполнение ордера вашего сиятельства от 3 ноября прошлого [1]778-го году под No 1709 {Ордером No 1 709 Румянцев предложил Суворову, на основании указа Военной коллегии, представить ведомость солдат, не способных к полевой службе и подлежащих переводу из полевых полков в гарнизонные части (ф. ВУА, д. 210, л. 279).} с приложением копии указа Государственной военной коллегии, из находящихся внутрь Крыма и по левую сторону Днепра пехотных полков и двуротных команд, комплектующихся рекрутами, сделал я нижним чинам в ближние гарнизонные баталионы, состоящие на Днепровской линии и в крепости Святого Димитрия, неспособными продолжать полевую службу, отставку. А сколько каких чинов и коих именно полков куда отправлено, ведомость у сего вашему сиятельству представляю {К документу приложена ведомость о количестве неспособных к полевой службе солдат -- всего 602 человека, с указанием, кто в какие гарнизоны переведен (л. 13 и об.).}. Касательно ж до Кубанского корпуса, то по неприсылке ведомостей предложил я вторично господину генерал-майору и кавалеру Райзеру, чтоб он таковых же оказавшихся неспособных отправил для определения в гарнизоны к господину генерал-майору и крепости Святого Димитрия Ростовского обер-коменданту Гурьеву. Генерал-порутчик Александр Суворов ЦГВИА, ф. 44, д. 154, л. 12. Подлинник. На период 1782.10.08…1784.04.10 приходятся письма, написанные генерал – поручиком из Ростовской крепости. Он прододолжал исполнять обязанности командующего Кубанским корпусом, штаб-квартира которого теперь находилась в крепости Дмитрия Ростовского. Несмотря на сказанное, Суворов занимался бытом, передислокациями, вооружением и продовольственным снабжением Таганрогского, Нижегородского, Казанского, Владимирского и других полков. В письмах этого не указывается, но похоже, А.В. в это время был вообще командующим всеми гарнизонами юга. В его письмах отправленных из ростовской крепости не ясно каким образом, есть сведения о положении дел в том же самом Крыму, которые он передаёт своему генерал-губернатору, князю Потёмкину…. …1783.03.16…1784.02.01 - в этот период в крепости не находился, а был в войсках на территории Донской станицы Нижней Кундрючьей, Ейском укреплении, Усть-Аксайском стане и нескольких других местах. Период так же, отслеживается по датам написания писем служебной переписки Суворова. После этого периода, вскоре после возвращения в Ростовскую крепость, Суворов получил распоряжение сдать корпус генерал-поручику Леонтьеву М.Н. и отправиться в Москву для получения нового назначения (ЦГВИА, ф. 52); 1784.04.21 - Рапорт А.В. Суворова к Г.А. Потемкину о сдаче кубанского корпуса М.H.Леонтьеву и приезде в Москву: «Москва Исполняя повеление вашей светлости, сдав я Кубанской корпус, в моем начальстве бывшей, господину генерал-порутчику и кавалеру Леонтьеву, к принятию новой команды поспешая на почтовых лошадях, в назначенное вашею светлостию место Москву 21 числа сего апреля прибыв, у его сиятельства господина генерала-фельдмаршала и разных орденов кавалера графа Захара Григорьевича Чернышева явился и в ожидании о команде вашей светлости повеления, остаюсь здесь. Генерал-порутчик Александр Суворов (ЦГВИА, ф. 52, д. 329. л. 46. Подлинник); Этим последним рапортом заканчивается пребывание Суворова в Ростове и на юге России вообще…. Прошли годы и даже десятилетия. Пришел 1885 год. На заседании Городской Думы от 26 ноября принимается решение, позже записанное в специальный журнал таким образом: «… VX. Городской Голова объяснил, что с расширением городского поселения по продолжению Высочайше утвержденного на гор. Ростов н.Д. плана в степь, образовываются новые улицы, которые необходимо наименовать.  При этом Городской Голова обратил внимание Думы на то, что улицы (бывшие до распространения плана, крайними) Кузнецкая, Сенная и Степная получили своё название потому, что на первой были некогда кузни, на второй сенной базар, а третья выходила в степь. Смысл этих названий, с распространением плана и с перемещением сенного базара и кузней утрачиваются, и потому, давая названия новым улицам, было бы кстати переименовать и эти улицы. Городская Дума, вполне разделяя предложение Городского Головы, постановила: 1) существующие улицы Кузнецкую, Сенную и Степную переименовать, назвав первую Пушкинской, вторую – Тургеневской, третью – Скобелевской; 2) вновь образуемые улицы наименовать: первую, следующую за теперешней Степной (Скобелевской) – Базарною, и часть её от предполагаемого Базара к Нахичевани – Сенною, вторую – Суворовской, третью – Лермонтовской, четвертую – Ермоловской, следующие затем три улицы, пятую, шестую и седьмую, оставить пока без названий, восьмую (предпоследнюю улицу) назвать Кузнецкой, и, наконец, девятую, выходящую в степь, Степной…. Имя великого полководца, как и ещё несколько других, значимых для России имён, появились на городском плане Ростова.  Название улицы прижилось на долго, но не насовсем. На плане 1924 года эта улица уже названа именем заграничного революционера, ни какого к Ростову, отношения не имеющего, Э.Тельмана. На плане города этого года показана таблица со списком переназванных на новый лад, улиц. Их 62! Улица Большая Садовая уже много лет называется именем другого зарубежного … - Ф.Энгельса. Малая же Садовая пока имя своё сохранила. Забавно вышло – есть малая, но нет той, с чем её можно сравнивать – Большой. Так было и на плане 1939 года… Мне не известна дата возвращения Ростову имени Суворова для одной из улиц, но по-видимому, это сделала возможным только война с Германией. В её годы правительство вдруг вспомнило, что у страны есть история, есть славное боевое прошлое, которое могло бы стать примером для вдохновения на подвиги советских солдат. Были возвращены к военной форме погоны, солдатский орден «Славы» был украшен бывшей Георгиевской ленточкой, в названиях новых наград вспомнили имена прежде забытых героев – полководце: Кутузова, Нахимова, Ушакова и конечно же, Суворова. Вероятно, этот фон и сделал возможным переименование улицы Малой Садовой в Суворовскую. И уже в конце 20 века на пересечении улицы Суворова с Университетским переулком был поставлен памятник – бюст фельдмаршала, великого полководца, по-настоящему ценившему жизнь простого солдата и бывшего командующего, служившего в стенах Ростовской крепости, А.В.Суворова.  Источники: интернет, личная коллекция | |
| Категория: Дальние дороги | Добавил: Alex272 (04.11.2016) | Автор: Овчинников Александр | |
| Просмотров: 4509 | Нравится: 0 | Комментарии: 3 | Теги: | |
| Всего комментариев: 3 | |||
| |||
Copyright MyCorp © 2026 | 